За 10 лет моего пребывания в должности директора Музея-института Геноцида армян мы приняли около 400 официальных делегаций, президентов, министров иностранных дел, религиозных лидеров, и ни разу не было случая, чтобы, скажем, кто-то из Министерства иностранных дел или государственного протокола явился и стал задавать вопросы. Об этом в интервью Ноости Армении - NEWS.am заявил бывший директор Музея-института Геноцида армян, доктор исторических наук Айк Демоян, говоря о недавнем увольнении директора музея-института Эдиты Гзоян по прямому указанию Никола Пашиняна. Напомним, что причиной увольнение стола то, что она передала вице-президенту США книгу по теме Арцаха.
«Если речь шла о серьезных вопросах безопасности, то вопрос подарков решался по телефону, и я их вручал гостям. Правительство в то время было очень спокойным, поэтому никаких чрезвычайных ситуаций не возникало. Даже если приезжал президент России Путин, я сам решал, что подарить. Когда Хиллари Клинтон приезжала в 2009 году, это был не официальный, а частный визит, и я сам решал, что подарить – сувенир или книгу. Были и гости, которым я дарил свою авторскую книгу.
В этом отношении не было никаких ограничений, даже в письменной форме, тайно или открыто. Мы передавали публикации музея, я передавал свои авторские работы, подписанные», — сказал он.
Говоря о том, что Эдита Гзоян молчит, не комментирует произошедшее, Демоян сказал: «Я не работал в Музее Геноцида восемь лет, но я не молчу. Я не молчу по поводу заявлений исполнительной власти, включая Никола Пашиняна, отрицающих факт Геноцида армян. Я не молчу по поводу преступной деятельности, которая происходила вокруг Музея Геноцида армян, факты которой я регулярно получал и дополнял в последние годы своей работы и после этого.
Я мог бы молчать, жить тихой жизнью, не связываться с коррумпированной судебной системой, не быть «плохим человеком» для многих, но я не молчу, потому что у меня есть принципы, которые я не предам.
Если так поступили в случае с Эдитой Гзоян, то сознание учёного и гражданина приводит к важному этапу: публичной ответственности. Вы были публичной личностью, занимали важную должность, поэтому должны были понимать, что, находясь на этом посту и даже после него, вы обязаны хотя бы информировать общественность о том, что произошло и при каких обстоятельствах, и дать свою оценку тому, с чем вы не согласны, чего вы не принимаете».
По словам Айка Демояна, отношение к Эдите Гзоян было бесчеловечным, незаконным, неконституционным, аморальным. «Мы должны рассматривать это в контексте аморальности, потому что никто не может оказывать давление на директора научно-исследовательского института, тем более не умея правильно подобрать слова для журналистов. Что значит «я просил, по моим указаниям»? Кого вы спрашивали, Эдиту Гзоян, или вы просили министра образования, науки и культуры передать ваши указания? Премьер-министр не должен был спрашивать. Что это значит, вы спросили в дружеской форме? Потому что нужно отчитываться перед Алиевым или перед американской стороной? В общем, перед нами позорный, гнусный скандал, который в очередной раз раздул «Гражданский договор», в лице первого лица, вокруг Института-музея геноцида армян».
