Я долго маялась с имечком, все старалась придумать прозвище посимпатичней, только бы, представившись, не видеть округляющиеся глаза новых знакомых. Однако со временем оказалось, что имя мое не так уж и плохо.
С самого детства мне прекрасно удавалось быть идеальным ребенком: никто никогда не отказывался за мной присмотреть – меня обожали абсолютно все бабушки и дедушки, тетки и дядья, а также друзья моих родителей. Удивляло родителей только разнообразие отзывов: «серьезная не по годам, имеет свои суждения», «живая, резвая, сущий чертенок», «тихая, как сытый котенок, лишь бы сказку рассказали», «непоседа, ни минуты спокойно не сидит». Родители дивились, да плечами пожимали, видно, доча – человек настроения, то так, то сяк.
С возрастом стало гораздо интересней – меня любили, со мной дружили, мне поверяли самые сокровенные тайны. Иногда меня просто распирало, мне казалось, что я лопну, в те моменты, когда я наблюдала наинежнейшую дружбу двух искренне ненавидящих друг друга девиц, или показное равнодушие давно влюбленных друг друга сокурсников, или еще что-то в этом духе.
Проблема у меня была только одна – в местах скопления людей я тушевалась и была никакой. Меня никто не замечал, а по прошествии времени никто и не вспоминал, что я присутствовала при каких-то событиях. Временами приходилось доказывать, что «да, я там была, и сидела рядом с тобой, кстати!» и «так мы ж рядом стояли, как ты мог меня не запомнить»... ЧуднО, да и только.
Прошло еще совсем немного времени, и я поняла, что дружба-то со мной всем удобна и и прекрасна отчасти от того, что она односторонняя – я знала все об объекте, объект же обо мне – ничего. Меня забывали пригласить на вечеринку, забывали мой день рождения... Я злилась, рвала и метала, пока один из моих друзей, пронаблюдав один за другим три акта пьесы «Скандал, или почему так не может боле продолжаться» устало не спросил: «Ну, и какие же твои любимые цветы?» «Ааааааагх!..» - задохнулась я отсутствием ответа спустя несколько минут судорожного перебирания различных видов растений... Я и сама не знала. С того момента мне пришлось чуточку пораскинуть мозгами, служившими, по большей части, базой данных, а не инструментом мышления. До меня дошло, что я – зеркало, отражающее собеседника со всеми потрохами, и не имеющее ни капельки собственного мнения по тому или иному вопросу. Самым смешным было то, что временами я спорила до хрипоты, отстаивая точку зрения, противоположную мнению собеседника, - дада, именно тогда, когда собеседник ценил хороший спор превыше других способов обсуждения.
Таких, как я, много. Мы бродим среди людей уже много веков, химеры, пересмешники, лицедеи, люди с тысячей лиц. Некоторые из нас слывут мудрецами и колдунами, они умеют отражать лишь те человеческие качества, которые помогут человеку изменить свою жизнь – самые дурные или, наоборот, лучшие. Некоторых называют телепатами – они мастерски ловят отголоски чужих мыслей и к месту используют их в разговоре. Некоторые неплохо устраиваются психологами – отшелушивают проблемы от всякого сора и преподносят, зачастую вместе с решением. Есть и те, кто стал собой – долгим эмпирическим путем всевозможных дегустаций и попыток.
Ну, а я – Хим. Сокращенно от Химера. Предпочитаю думать, что у родителей было своеобразное чувство юмора, не в бровь, а в глаз. При взгляде на человека я могу прожить несколько часов из его жизни и на это время стать цельной. Эти несколько часов человек запомнит весьма смутно, но я плачу по счетам – в обмен я придумываю мечту, из тех трансформеров, которые ускользают за миг до полного воплощения, и заставляют идти дальше и дальше, стаптывать железные сапоги и стирать медные посохи. Немногие назовут такую мечту иначе, чем проклятием, но ради них стоит стараться – придумывать мечты ох, как непросто.
Cсылка оригинала: http://gwynnbleyd.livejournal.com/52252.html
Мысли и позиции, опубликованные на сайте, являются собственностью авторов, и могут не совпадать с точкой зрения редакции BlogNews.am.
print
Распечатать