Появились сообщения о том, что в Сочи 8 или 9 августа должна состояться встреча президентов Армении Сержа Саргсяна и Азербайджана Ильхама Алиева для проведения переговоров по нагорно-карабахскому урегулированию. Первоначально эту информацию озвучил премьер-министр Армении Овик Абрамян. Но тут сразу выявляется важный нюанс: надо полагать, что переговоры в Сочи могут проходить - если не при посредничестве президента РоссииВладимира Путина, то при вероятности его переговоров с лидерами Азербайджана и Армении - вместе или с каждым в отдельности. По этому поводу ни на сайте президента России, ни в сообщениях информационных не даётся дополнительных разъяснений, что может иметь принципиальное значение.
Прежде всего, отметим, с каким «политическим багажом» по карабахскому урегулированию прибудут в Сочи президенты Алиев и Саргсян? Минская группа ОБСЕ, особенно французская сторона, предприняла немало усилий для того, чтобы провести саммит Алиев-Саргсян в Париже. Но после того, как появились сообщения о переносе саммита в Нью-Йорк в формат Генеральной Ассамблеи ООН, стало очевидно, что речь идёт не просто об изменении места встречи, но и о другой переговорной повестке. Ранее в европейских СМИ допускались некоторые «утечки» относительно «проекта Олланда» по карабахскому урегулированию, который базировался на известных шести пунктах Мадридских принципов плюс возможном разблокировании турецко-армянской границы. Относительно саммита в Нью-Йорке пока ничего не известно, кроме туманных заявлений американского сопредседателя в Минской группе ОБСЕ Джеймса Уорлика. Они примечательны тем, что в них содержался призыв к Баку и Еревану форсировать карабахское урегулирование с намеком на его возможное перерастание в вооруженный конфликт.
Теперь эти намёки стали реальностью. Нарастающая напряжённость на линии соприкосновения в зоне карабахского конфликта привела к крупному боестолкновению между Азербайджаном и Арменией. В условиях, когда на линии соприкосновения сторон отсутствует постоянный мониторинг ОБСЕ, стороны, конечно, выступают с обвинениями в адрес друг друга. К сожалению, инициатива Степанакерта установить постоянное наблюдение посредством расширения состава офиса личного представителя действующего председателя ОБСЕ, не нашла поддержки. Поэтому выявить истину, определить «правого» и «виноватого» практически невозможно, и для оценки ситуации приходится прибегать к методам логических умозаключений.
Первое: резкое обострение ситуации на линии соприкосновения Азербайджана и Армении вписывается в контекст широкой геополитики: гражданская война на Украине, бои в Сирии и Ираке, военная операция Израиля в секторе Газа против боевиков «Хамас».
Второе: Россия не заинтересована в новой войне между Азербайджаном и Арменией. Она и без того решает непростые проблемы, связанные с обеспечением национальной безопасности с учётом украинского кризиса.
Третье: Армения не может быть заинтересована воевать с Азербайджаном. Она готова только защищать контролируемую ею территорию. Если же говорить о вероятности нападения Армении, то речь можно вести только о военном ударе по Азербайджану с выходом на Куру с целью упразднения азербайджанской государственности. Такой сценарий маловероятен.
Четвёртое: эскалация практически по всему периметру азербайджано-армянского противостояния выявила не только боеготовность и боеспособность двух сторон, но и перевела проблему урегулирования в плоскость силового решения. Это загоняет Баку и Ереван в «уникальную ситуацию».
Если истоки нынешнего кризиса искать в Ереване, то это означает, что определённые силы в республике актуализировали факторы внешней угрозы, через которые они вынуждают другие силы внутри республики расстаться с «европейской мечтой» и держать курс только на членство в Евразийском и Таможенном союзах.
Если же с такой позиции подходить к Баку, то, судя по многим признакам, задуманная военная операция провалилась, и некие силы в республике пытаются переориентировать внешнюю политику в сторону тех же Евразийского и Таможенного союзов и на этой площадке развернуть битву за Карабах, пока ещё не все утеряно. При таком подходе к оценке ситуации Баку и Ереван сталкиваются с неспрогнозированным политическим эффектом.
Пятое: заявленные Минской группой ОБСЕ «некоторые позитивные тенденции развития в процессе мирного урегулирования карабахского конфликта» практически сорваны.
Что может в таком случае предложить Россия конфликтующим Баку и Еревану, кроме известной позиции Минской группы ОБСЕ? Если говорить о стандартных подходах, то она может активизировать дипломатические усилия по проведению консультаций с обеими сторонами конфликта с целью отодвинуть силовой сценарий урегулирования проблемы. Нестандарное решение - это добиться согласия Баку для участия в переговорном процессе Степанакерта или сыграть на упреждение - ввести в Карабах русские военные подразделения - до особого решения этой проблемы - чтобы предотвратить развитие самого негативного сценария дальнейшего развития событии. Для этого необходимо подписать соглашение Москва-Баку-Ереван с возможным участием Степанакерта о статусе и времени пребывания российского воинского контингента в Карабахе и дожидаться лучших времён, когда эту проблему удастся решить иным путём.
Наступает момент, когда всё приходится расставлять по своим геополитическим местам с учётом вероятного «гамбита» Белого Дома США по выводу из-под санкций Ирана. В противном случае Карабах не достанется ни Армении, ни Азербайджану, не говоря уже о России.
