То, что армяне в течение полутора тысяч лет считаются еретиками-монофизитами, является предрассудком, который в ХХI веке надо преодолеть, считает богослов, историк восточного христианства, специалист по истории Армении итальянец Джованни Гуайта. 27 марта, выступая с лекцией о великом армянском духовном поэте и святом Григоре Нарекаци в Культурном центре "Покровские ворота" в Москве, Дж.Гуайта призвал внести ясность в это вековое богословское недоразумение, которое отнюдь не способствует единству православных народов.
Сегодня на официальном уровне -- в формате богословского межправославного диалога, в отношениях высших иерархов православных Церквей с дохалкидонскими - проблем нет, отметил Дж.Гуайта. Например, Отдел внешних церковных связей Московского патриархата находится в постоянном доброжелательном диалоге с представителями Армянской Апостольской Церкви.
Как известно, Армянская Апостольская Церковь принадлежит к числу так называемых дохалкидонских Церквей, которые по разным причинам не приняли решения Халкидонского собора 451 г. На нем, в частности, была повержена монофизитская ересь и догматически утверждено, что во Христе два естества - Божественное и человеческое. Однако причина неприятия этого собора армянами, по словам историка, не догматическая, а внешняя: представители древнейшей армянской Церкви не присутствовали на соборе, а в дальнейшем соборные решения стали использоваться разными правителями как инструмент церковно-политического давления, что также не способствовало его принятию. Так, сразу после Халкидонского собора, когда император Юстиниан хотел объединить Церковь, он решил уничтожить армянских феодалов и организовать подвластные ему части Армении по примеру греческих епархий. Армяне сопротивлялись, и, соответственно, не могли принять богословия, навязываемого в такой форме.
Кроме того, закреплению за армянами еретического наименования "монофизиты" способствовали и неверные трактовки богословских определений, и "чисто лингвистические недоразумения". "По-русски греческое "монофизитство" можно перевести и как "единая", и как "единственная" природа. Армяне считают, что есть единая, а не единственная природа, как говорит ересь монофизитства, отрицающая человеческую природу во Христе. Армяне против этой ереси, о чем всегда ясно говорили молитвы Армянской Церкви, ее Символ веры, а основатель ереси Евтихий всегда считался еретиком. Армянская Апостольская Церковь учит, что две природы объединились в единую богочеловеческую природу. Кроме того, в греческом языке легко выразить столь многозначное понятие как "природа", т.к. греческое богословие тогда обладало всем аппаратом античной философии. Несмотря на то, что многие армяне в середине первого тысячелетия говорили по-гречески, им было трудно выразить тонкости богословских определений и объяснить их простому народу", -- разъяснил Дж.Гуайта в интервью "Благовест-инфо".
Однако сейчас проблема усугубляется и недопониманием в среде самих армян. По словам Дж.Гуайты, в их среде, особенно в диаспоре, можно встретиться с мнением, что "монофизитство" особым образом связано с идентичностью Армянской Церкви. "Некоторые армянские священники опасаются, что если сказать: мы абсолютно единой веры с русскими, то это приведет к полной ассимиляции. Чтобы этого избежать, лучше так представить вопрос, что мы, конечно, не монофизты, но все-таки немножко отличаемся". Историк считает такую позицию "большой ошибкой", вызванной "этно-политическими причинами".
Учитывая, что армянская диаспора всегда концентрировалась вокруг Церкви, в советское время, когда в России армянских храмов практически не было, не говоря о школах, угроза ассимиляции была вполне реальной и актуальна до сих пор. "Церковь для армян уже полторы тысячи лет так прочно связана с культурой, с языком, что армянину, конечно, целесообразнее посещать армянскую церковь", -- говорит Дж.Гуайта. Но он не советует армянам настаивать на том, "что наша вера настолько отличается от веры православных" - это только разъединяет верующих во Христа.
"Я думаю, что в Эчмиадзине это понимают", -- отметил итальянский исследователь. "Армянская Церковь должна объяснить прежде всего своей пастве: "Мы православные" и не стесняться сказать это перед всеми православными Церквами", -- заключил он.
