Единственной политической силой Армении, в которой нет культa личности лидера, является РПА

Единственной политической силой Армении, в которой не преобладает культ личности лидера, является Республиканская партия. В этом плане очевидна разница между РПА с одной стороны и ППА, АРФД, АНК, ”Наследием” и “Оринац Еркир” с другой. Наши нынешние политические реалии таковы, что будущее и само существование этих, составляющих парламентское меньшинство, партий, трудно представить без их бессменных лидеров, соответственно: Гагика Царукяна, Гранта Маргаряна, Левона Тер-Петросяна, Раффи Ованнисяна и Артура Багдасаряна. Без вышепоименованных вождей жизнеспособность этих партий будет под большим вопросом. Исключение можно сделать разве что для АРФД, являющейся революционной, марксистского типа партией, а следовательно авторитарной организацией, которой присущ феномен пожизненного вождизма, а не обыкновенного сменяемого руководителя. Культ личности партийного босса обеспечивает кратчайший и надежный путь к застою во внутрипартийной жизни. Избравшие такой путь политические силы, в действительности, не конкурентоспособны, а со временем они еще и становятся агрессивными по отношение ко всем, кто не разделяет проповедуемые ими реальные или надуманные ценности. Тем и выгодно власти их существование. Как уже было сказано, единственной политической силой Армении, в которой не преобладает культ личности, является Республиканская партия – эта политическая сила разумно привержена культу верховной власти, как таковой. Этот вариант выгоден тем, что предметом культа является не какая-то, наделенная персональными достоинствами, личность, а не персонифицируемое высшее должностное лицо государства, облеченное реальной властью. Обладание монополией на право являться опорой верховного чиновника страны позволяет партии принимать любого занявшего эту позицию нового деятеля так же комфортно, как это было и в случае с его предшественником в период его правления. В противостоянии сторонников культа личности партийного вождя и сторонников культа неперсонифицированной президентской власти в Армении, перевес пока на стороне последних.