МЕЖДУ АДОМ И РАЕМ.

Рано утром следующего дня я предупредил Командоса, что еду в Лачин, оттуда в Ереван. Он дал добро. Приказал заместителю по тылу заменить закрепленную за мной машину «РАФ» на «УАЗик» и неожиданно засмеялся. Это был редкий случай. Он не часто выходил из стандартного образа: ирония, истерия, мат. Однажды он сказал мне, что кто-то из подчиненных обратился к нему с какой-то чушью. «Я так его отматерил, что ему стало не по себе». - «Ну даешь, Командос, - восхитился я,-Экая невидаль! Сказать, что ты отматерил кого-то, так же банально, как если бы взрослый человек объявил громко, что солнце восходит на востоке». И он, помню, засмеялся. Сейчас я ассоциативно вспомнил ту нашу беседу и спросил:
- Что случилось?
- Вспомнил вчерашний разговор после взятия Лисогора.
Это был действительно достойный его улыбки рассказ.
Еще утром было известно, что операция по освобождению Лисогора начнется ночью - в два тридцать. Я предложил ему после обеда прилечь и часок поспать. Сам я днем никогда не сплю. Как-то даже в «Литературной газете» опубликовал афоризм, принадлежащий моему деду: «Карабахец может себе позволить лежать днем только в гробу». Командос был не из Карабаха, и он лег спать.
Через тридцать минут передали в штаб, что Лисогор взяли. Я спрашиваю: «Кто взял?» Отвечают: «Юра взял. Сямо взял. Сейран взял, наши взяли». Я звоню Командосу:
- Командос, даже Иосифа Виссарионовича будили, когда было важное сообщение.
- Что там? - спросил сонный голос.
Я сказал о Лисогоре и заметил, что, при всей его вспыльчивости, у него -железные нервы. Как он смог так быстро уснуть? Голос такой, будто он проспал несколько часов кряду.
- Как взяли Лисогор?! - закричал он возмущенно в трубку, словно мы не взяли, а отдали Лисогор. - Кто позволил это сделать? Ишаки карабахские! Все напутают. Я им говорю, в два тридцать, а они берут населенный пункт в четырнадцать тридцать. Неужели нельзя усвоить, что у военных «два тридцать» - это ночное время. Вот я дам им... - И после трехэтажной тирады он громко захохотал в трубку.
Перед отъездом я предложил Командосу написать строчку супруге. Мало ли что. Вдруг она позвонит и спросит: "А он ничего не написал мне?" Командос взял мой видавший виды, с помятыми корками блокнот и написал: "Дитя возвращается к непутёвой матери"...

З. Балаян