Приключения корреспондента National Geographic Traveler в Армении (Фото)

Корреспондент National Geographic Traveler отправился в Армению: нашел старинный караван-сарай, заблудился в тумане в горах, увидел дома, построенные из настоящего туфа, и выяснил, кому можно носить бороду.

Борода и горы. Мы стоим у дороги, зажатой Селимским перевалом, мелкий дождь сыплет с неба. «Меня зовут Рачия», – представляется старик с бородой, он похож на мага Гендальфа из фильма «Властелин колец». Рачия смотрит в ущелье так, словно оттуда должен появиться дракон. «Если ты журналист, то должен знать, что раньше бороду в Армении носили только умудренные опытом люди. И только те, чьи волосы стали седыми», – со значением сообщает Рачия: у него борода белая, как заснеженная шапка Арарата, которая торчит из облаков. Мы остановились передохнуть рядом со старинным караван-сараем, где когда-то набирались сил торговцы, бредущие по Великому шелковому пути. Потрепанный Ford Mustang Рачии стоял тут же. Армянин приехал на пикник вместе с внуком и сыном. «Караван-сарай построили в XII веке, а последний раз восстановили еще в середине 1950-х – мой однокурсник этим занимался, – рассказывает Рачия и заводит внутрь сооружения, – вот, смотри: тут караванщики лошадей ставили, а здесь сами спали». Мы выходим на улицу, горы накрывает плотный, как манная каша, белый туман.

«Отец любил эти места, мы приезжали сюда каждый год. Сейчас я тоже стараюсь здесь бывать», – сообщает мой собеседник. Тигран, сын Рачии, нарезает колбасу на раскладном стуле, позади вид на ущелье. «В Москву переехать хочет, на шиномонтаже работать, а у самого высшее образование – про армянского философа Давида Анахта книгу написал!» – вполголоса жалуется Рачия. Мы едим под дождем колбасу и снова отправляемся в путь: «Я под Гюмри живу! Приезжайте – арису приготовлю, никто лучше меня ее не делает. Не знаешь, что такое ариса? Суп из курицы!» – кричит Рачия вслед.



Важный источник. Мы едем по Армении и почти за каждым поворотом видим торчащую откуда-то из облаков вершину Арарата. Едва ли не все в этой стране располагается на ее фоне: бензоколонки, продуктовые магазины, средневековые храмы и мужчина, меняющий на обочине колесо своей «Волги». Между тем уважаемая в Армении возвышенность на деле находится на территории Турции. Кстати, и турки, и армяне помещали изображение Арарата на свои банкноты, поэты обеих стран посвящали горе оды.

Проснувшись утром в высокогорном селе Джермук, на высоте около 2000 метров над уровнем моря, первое, что вижу, – заснеженную верхушку этой горы. А прямо за окном – скалы, их покрывает что-то вроде кисломолочного напитка мацони, который подавали вчера на ужин. За завтраком пьем минеральную воду «Джермук». «Нашу воду много закупают для Европы», – комментирует хозяин гостиницы, подсаживаясь к столу. Джермук – место, где мы остановились ночевать, – высокогорный курорт, куда приезжают полюбоваться видами, а еще подлечиться местными минеральными водами, которые, говорят, по составу не хуже, чем чешские из Карловых Вар. После завтрака заезжаем к Джермукскому водопаду: струи, словно волосы армянского старика, стелются по каменистому склону.


На территории горного курорта Джермук есть древние пещеры. Почти во всех армянских ресторанах можно заказать минеральную воду «Джермук», которую добывают в местных источниках.

Храмы из туфа. Наш водитель Гарик тормозит на стоянке, чуть не доехав до храма Звартноц. Мы подходим ближе к останкам средневекового строения. Его соорудили в VI веке по приказу католикоса (главы армянской церкви) Нерсеса III.

Сегодня храм восстановлен частично – большая часть фрагментов пронумерована и сложена на земле. К реконструированным колоннам ведут ступени столь высокие, что, глядя на них, думаешь: пожилые верующие всерьез рисковали остаться где-то на половине пути. «Вот, гляди, – туф», – водитель Гарик поднимает с земли кусок камня. Из этого материала, собственно, и воздвигли Звартноц. «У нас из туфа много храмов построено. Эчмиадзинский собор – резиденция католикоса, например, тоже сооружен из туфа. Чуть позже поедем, покажу пятиэтажки – их тоже из этого материала делали: он идеально держит тепло и сохраняет прохладу», – комментирует Гарик.

Другой храм из туфа мы увидим чуть позже – на территории Татевского монастыря стоит церковь Св. Погоса и Петроса, она возвышается на вершине скалы – здание построено в 906 году, разрушено во время землетрясения в начале XX века и восстановлено лишь недавно.

Во дворе странное сооружение – криво стоящий столб, кажется, он вот-вот рухнет. «Да так и должно быть, без паники. Эта штука уже сколько лет стоит – и ничего», – терпеливо поясняет оказавшийся рядом служитель храма. По его словам, Гавазан – качающаяся колонна, установленная еще в 904 году, – реагирует на сейсмические колебания. Когда-то столб предупреждал жителей монастыря о землетрясениях или нашествии крупных отрядов врагов.

Напоследок отправляемся в Институт древних рукописей Матенадаран, где долго ходим, рассматривая старинные свитки: в местных архивах хранится около 20 000 древних рукописей начиная с V века. Останавливаемся у Эчмиадзинского евангелия 989 года, разглядываем рукопись, где словно детской рукой выведены фигурки, – так иллюстрировал записки армянский врач XII века.

Выходим на улицу и ждем автобус, чтобы отправиться в аэропорт: между фонарем и пятиэтажным зданием из туфа буднично выглядывает фрагмент Арарата.

Антон Зоркин

Nat-geo.ru


Коньяки «Наири», «Ахтамар» и «Армения» создал один человек – Маркар Седракян. На Ереванский коньячный завод он пришел еще юным – в 1927 году, когда ему исполнилось 20 лет. А в 1948 году Маркар уже работал здесь главным технологом.






Сложенный из базальта языческий храм Гарни в 30 километрах от Еревана. Построен в I веке нашей эры и первый раз полностью разрушен в 1679 году. Последний раз храм восстанавливали в советское время.