Крыса-людоед, хромой кот и парашютные стропы

Последние несколько месяцев срочной службы в Советской армии я дослуживал во Владимирском лагере в 7 километрах от поселка Струги Красные одноименного гарнизона, рядом с военным полигоном Псковской десантной дивизии.

Последние полгода мне привалило счастье: вести курс молодого бойца для новоприбывших «духов». Удовольствие, прямо скажем, сомнительное. Все полковые «дедушки» ведут расслабленный образ жизни, мечтая о скором «дембеле», будущей жизни на гражданке ичарующих изгибах девичьих тел. Я же в это время вожусь со своим детсадом, бегаю с ними кроссы, провожу часы на плацу, пытаясь научить их тянуть носок и ходить строем, надеваю вместе с ними ОЗК и противогаз, зубрю вместе с ними устав. А еще оберегаю от возможных «припахиваний» со стороны старослужащих, поскольку мои «молодые бойцы» делят казарму с ротой химзащиты. А в свободное время доделываю свое 13-килограммовое чудо - дембельский альбом.

Все новобранцы – русские из глубинки. Сейчас уже не упомню: то ли из Рязани, то ли из Тамбова. Дохлые: из всей роты только двое могут хоть несколько раз подтянуться. Двоим из-за маленького роста пришлось обрезать шинели и подворачивать рукава. Ничего не умеющие: ни толком заправлять койку, ни пришить подворотничок. Хотя вру: умеющие одно. Курить, дымя, как Агицын паровоз.

Но сегодня рассказ не о новобранцах, а о крысе-людоеде и героическом коте.

Зима в тот год на Псковщине выдалась ранней и очень холодной. В каптерке, где я по ночам трудился над своим альбомом, крыса точила зубами шкаф, в котором хранились бастурма, суджух и другие вкусности, присылаемые мне из Армении. Постоянный скрежет ее зубов о панель ДСП действовал на нервы. Периодически приходилось менять дислокацию деликатесов, дабы дезориентировать эту тварь. По ходу своих попыток добраться до заветного добычи, крыса успела надгрызть и, тем самым, испортить пару комплектов парадных солдатских ботинок.

Обычно я вставал за полчаса до общего подъема, чтобы к назначенному времени быть во всеоружии. Однажды после подъема обнаружили, что у одного из дембелей – хохла по фамилии Соляр ухо в крови. Все тут же начали отпускать шутки про нападение душманов, потерю девственности и т.д. Об истинной причине надорванного уха Соляра тогда еще никто не догадывался.

Через пару ночей, под самое утро раздался крик. Один из солдат, прямо в белье, бежал, держась за окровавленный нос. На шум я выглянул из каптерки.

- Что случилось, солдат?

- Товарищ старший сержант, меня крыса за кончик носа укусила!

- Да не может этого быть!

- Ей-богу! Я проснулся от боли, гляжу: прямо на мне сидит здоровенная крыса. Я ее шуганул, она по одеялу пробежала и скрылась.   

После того, как история с ночными укусами повторилась еще пару раз, в роте возникла паника. Старослужащие стали поднимать свои кровати, образуя второй ярус, чтобы спастись от нападения этой бестии. Понятное дело: кому же захочется ехать домой с надкусанным ухом или носом, а то и вообще без оных. Я, признаться, тоже предпочел залезть на второй ярус – от греха подальше. Крыса же, в свою очередь, раз почувствовав вкус человеческой крови, отказываться от такого «деликатеса», похоже, не собиралась.

Но как ее отловишь? Кругом леса, в хозмагазине военного городка шаром покати - 90-ый перестроечный год. 

На следующую ночь закончил я возиться с альбомом часа в три ночи и пошел спать. Но как-то не спалось. Вдруг чувствую, по моему одеялу что-то движется. Но темно же, в казарме ничего не видно. Дернулся я, и крыса удрала. 

Мое терпение, почти такое же безграничное, как ожидание нынешними закавказскими турками заветного приказа, наконец, лопнуло. Наутро, после завтрака построил я своих подопечных. Вызвал из строя четверых самых шустрых.   

- Значит так, орлы. Сейчас дуете в офицерский городок и находите там кота. Любого: домашнего, дикого, какой попадется. Без кота в роту не возвращаться. Понятно? Выполняйте.

К обеду вернулись мои орлы. Помятые, грязные, но с котом. Черным и таким же грязным, как изловившие его бойцы. Опустили его на пол, а он – хромой.

- Ибио кач-кач, что, нормального кота не могли поймать?

- Товарищ старший сержант, за нормальными разве угонишься? Этого и то по подвалу полчаса гоняли, насилу изловили. Эвон он как Андрюху исцарапал.

Кот, между тем, одурев от стресса, шума и обилия людей, забился под кровать и весь день носа оттуда не казал. Ну, думаю, толку от такого кота, как от козла молока. Однако я заблуждался.

После отбоя, когда все уснули, кот начал гонять крыс. Лошадиный топот этих тварей, удирающих от кота, слышался долго. А потом все стихло. Никто из ребят в эту ночь не пострадал.

За отличную службу утром кот удостоился свининки и молока. Благодарные солдаты тащили из столовой и другую еду для кота, однако я запретил закармливать нашего спасителя.

- Хорош, хорош пичкать животное. Обожрется и крыс гонять не будет. 

Еще пару ночей кот трудился, что называется, в поте лица. А потом крысы в роте исчезли.

Зато объявились в соседней роте РСО. Об этом мы узнали утром в столовой: у них в казарме крыса ночью укусила солдата за ухо.

После завтрака ко мне прибыла делегация из РСО, руководимая тамошними дембелями.

- Братка, одолжи кота.

- Да вы что, мужики, как я могу вам доверить такое сокровище! Он теперь - полноправный боец батальона химзащиты. Поставлен, так сказать, на довольствие. Да на него у нас все молятся!

- Братка, проси, что хочешь, все дадим. Скоро домой, а тут этот людоед, понимаешь, объявился. Ваш людоед, кстати.

- Ну, такой же наш, как и ваш. Ладно, черт с вами, дам кота, но с одним условием. У вашего каптерщика-узбека Рафикова есть лишний комплект парашютных строп. Мне для дембельского кителя нужно. Я десантуре на учениях заказал, обещали подогнать, но так и ни ответа, ни привета. Короче, будут стропы, одолжу кота.

Уж не знаю, как там скрежетал зубами куркуль Рафиков, но заветные стропы оказались у меня, а кот начал свою операцию по спасению соседей.

…Через некоторое время крысы в казарме появляться перестали. Кстати, к этому времени самодельная ловушка, сделанная нами из штык-ножа и авиационной резинки, лишила башки и крысу из каптерки – любительницу армянской кухни. Так и не довелось ей на этом свете отведать бастурму и суджух…